Война с Японией: нельзя забывать

Приближается 9 Мая, наш всенародный праздник. Все дальше от нас победный 1945-й, все сложнее сохранять память об этом времени, уходят последние участники и свидетели страшной войны, и потому все большая ответственность ложится на учителей, работников культуры, всех тех, кто служит делу воспитания патриотизма.


Проводя экскурсии в нашем парке-музее «Пограничная площадь», в музее-палатке, на занятиях в школах города, я часто сталкиваюсь с тем, что о войне с немецким фашизмом, фронты которой проходили в тысячах километрах от Приморья, дети знают гораздо больше, чем о войне с Японией, которая была совсем рядом. Даже старшеклассники имеют о ней смутное представление, а ведь Маньчжурская стратегическая наступательная операция по своему замыслу и мастерству исполнения была одной из самых выдающихся во всей мировой военной истории. В ней нашли воплощение все достижения военной мысли и военного искусства, накопленные советскими войсками во время Великой Отечественной войны.
Из воспоминаний маршала ВАСИЛЕВСКОГО: «То, что мне придется ехать на Дальний Восток, я впервые узнал летом 1944 года. После окончания Белорусской операции И. В. Сталин сказал, что мне будет поручено командование войсками Дальнего Востока в войне с Японией».
Иногда советскую кампанию против Японии объясняют имперскими амбициями Сталина. В действительности инициаторами участия СССР в войне с Японией были союзники. Общая договоренность об этом была достигнута еще на Тегеранской конференции 1943 года, а 11 февраля 1945 года на Крымской (Ялтинской) конференции было подписано соглашение, в котором говорилось, что руководители трех великих держав – США, Советского Союза и Великобритании – согласились в том, что через два-три месяца после разгрома фашистских войск, капитуляции Германии и окончания войны в Европе Советский Союз вступит в войну против Японии на стороне союзников. Союзники признавали решающее значение вступления СССР в войну против Японии. Они заявляли, что только Красная Армия способна нанести поражение японским наземным силам. 
«Победа над Японией может быть гарантирована лишь в том случае, если будут разгромлены японские сухопутные силы», – такого мнения придерживался главнокомандующий американскими вооруженными силами в бассейне Тихого океана генерал МАКАРТУР. При этом оговаривалось возвращение Советскому Союзу Сахалина и Курильских островов, перешедших Японии в результате войны с Россией в 1905 году, продление аренды Порт-Артура (Люйшунь) как военно-морской базы СССР на территории Китая, совместная эксплуатация КВЖД и некоторые другие вопросы.
В связи с подготовкой операции по разгрому японской Квантунской армии в Москву был вызван А.М. ВАСИЛЕВСКИЙ. Еше до поездки в Крым СТАЛИН просил его подумать о возможности максимального сокращения времени для подготовки военных действий.
«Мы должны нанести удар такой силы, который бы сразу отбил у японцев охоту к организованному сопротивлению», — сказал Сталин. ВАСИЛЕВСКОМУ было приказано увязать все вопросы с главкомами авиации и флота.
По данным нашей разведки, в состав Квантунской группировки, которой командовал генерал Отодзо ЯМАДА, имевший значительный боевой опыт, входили 1-й и 3-й фронты, четыре полевые и одна воздушная армии, Сунгарийская речная флотилия. Кроме того, в Маньчжурии находилось значительное количество полицейских и других формирований, войска Маньчжоу-Го, Суюаньской армейской группы и князя Внутренней Монголии Дэвана.
Под руководством ЯМАДЫ к лету 1945 года на границе с Советским Союзом и Монголией было возведено 17 укрепрайонов общей длиной 800 километров с 4500 долговременными сооружениями. Места, доступные для десанта, прикрывались проволочными заграждениями и противотанковыми рвами.
Вдоль границы российского Приморья стояли войска 1 фронта (3-я и 5-я армии), прикрывающие направления на Хуньчунь и Муданьцзян. В районе Шэньяна и Чанчуня были сосредоточены войска 3 фронта (30-я и 44-я армии), в районе Харбина и Хэйхэ – 4-я армия, в Северной Корее – 34-я армия. Японские армии находились и на территории Южного Сахалина и Курильских островов. Всего — более одного миллиона японских солдат, 1215 танков, 6640 орудий и минометов, 1907 боевых самолетов и 26 военных кораблей.
Японские военные силы опирались на богатые материальные, продовольственные и сырьевые ресурсы Маньчжурии и Кореи и на маньчжурскую промышленность, производившую почти всё необходимое для их жизни и боевой деятельности. Однако стоит отметить, что танки и артиллерия японской армии были устарелыми, на уровне конца 1930-х, и не могли эффективно противостоять советским современным танкам.
Японское командование имело детально разработанный план отражения наступления Красной Армии, в котором немаловажную роль играло бактериологическое оружие. 6 мая японским войскам была поставлена задача: «Если в начале военных действий против Советского Союза японской армии, в силу сложившейся обстановки, необходимо будет отступить в район Большого Хингана, то на оставляемой территории все реки, водоемы, колодцы должны быть заражены бактериями или сильнодействующими ядами, все посевы уничтожены, скот истреблен».
Генштаб Красной Армии, планируя операцию по разгрому Квантунской армии, учитывал, что сил 1-го и 2-го Дальневосточных фронтов для этого недостаточно. Для их усиления были переброшены войска 4-х фронтов, завершивших боевые действия на советско-германском фронте, имевших опыт прорыва укрепленных оборонительных полос и действий в горностепной местности. С мая по август с запада прибыло более 403 тысяч человек, 7137 орудий и минометов, 2119 танков и САУ. Разработка плана кампании на Дальнем Востоке была завершена к 28 июня 1945 года.
ВАСИЛЕВСКИЙ считал, что необходимо очень быстро разгромить армию ЯМАДЫ, не дать ей уйти. Для этого необходимо нанести два мощных основных удара — со стороны Приморья и Монголии, и несколько вспомогательных в центре Маньчжурии, что обеспечило бы глубокий охват основных сил Квантунской армии, рассечение их и быстрый разгром по частям. 30 июня приказом Ставки ВГК маршал ВАСИЛЕВСКИЙ был назначен Главнокомандующим советскими войсками на Дальнем Востоке. Ему подчинялись Забайкальский, Дальневосточный фронты, Приморская группа войск и Тихоокеанский флот. При Главнокомандующем находилась оперативная группа. (5 августа 1945г. Приморская группа войск была переименована в 1-й Дальневосточный фронт, Дальневосточный фронт – во 2-й Дальневосточный, а оперативная группа ВАСИЛВСКОГО – в штаб Главнокомандующего советскими войсками на Дальнем Востоке.) Действия сил ВМФ и ВВС координировали адмирал флота Н. Г. КУЗНЕЦОВ и маршал авиации А. А. НОВИКОВ.
Строго соблюдался режим секретности. 5 июля А. М. ВАСИЛЕВСКИЙ с документами на имя заместителя наркома обороны генерал-полковника ВАСИЛЬЕВА спецпоездом прибыл в Читу. Одет он был тоже в форму генерал-полковника. Вместе с маршалом МАЛИНОВСКИМ они выехали в войска, где проверили их боеготовность. Об обстановке Александр Михайлович регулярно информировал СТАЛИНА.
26 июля 1945 года в немецком городе Потсдаме от имени правительств США, Англии и Китая была опубликована декларация, которая требовала безоговорочной капитуляции Японии. Правящие круги Японии Потсдамскую декларацию отклонили.
К началу августа подготовка к наступлению была в основном закончена. 30% артиллерии было сосредоточено в полосе наступления 5-й армии 1-го Дальневосточного фронта, нацеленной на один из сильнейших укрепрайонов у известного всем приморцам города Суйфэньхэ. Благодаря воздушной разведке удалось составить детальные планы японских укреплений, что позволило всех командиров снабдить картами с нанесенными оборонительными сооружениями противника.
Огромная работа была проделана по инженерному, материально-техническому обеспечению наших войск, радиосвязи.
Командарм 5-й армии генерал-полковник Н.И. КРЫЛОВ предложил А.М. ВАСИЛЕВСКОМУ начать наступление без артподготовки, внезапно перейдя госграницу силами усиленных передовых батальонов. Главные силы до начала перехода госграницы предполагалось держать в глубине, часть артиллерии выдвинуть ближе к границе и иметь в готовности к открытию огня. После напряженных раздумий и анализа плюсов и минусов это предложение было утверждено.
Маршал планировал первыми бросить в наступление сильные передовые отряды, предназначенные для захвата наиболее важных объектов обороны японцев, а основные силы ввести через 5-7 дней. СТАЛИН с этим не согласился. «Основные силы нужно вводить сразу для закрепления успеха, — сказал он, — передовые отряды, какими бы сильными они ни являлись, вряд ли способны вести бой в одиночку в течение почти недели».
6 августа американцы сбросили атомную бомбу на Хиросиму, а 7 августа СТАЛИН подписал директиву о начале войны с Японией. 8 августа маршал ВАСИЛЕВСКИЙ прибыл в штаб 1-го Дальневосточного фронта. Местоположение штаба было засекречено, о его положении в наших источниках сведений нет – где-то «в тайге, в специально построенных домиках».
Здесь, очевидно, требуется уточнение. В начале 1990-х годов я работал заместителем директора по воспитательной работе и преподавателем истории в Жариковской средней школе Пограничного района. Совершенно неожиданно в селе появилась японская делегация, которая обратилась ко мне с просьбой показать дом, где располагался …штаб Василевского! Более того, они показали фотографию этого дома! С этим фото я обратился к старожилам. Дом узнали, он действительно находился на улице Партизанской, но сейчас на этой улице ни одного старого дома не осталось. Когда было сделано фото – непонятно. Нужно отметить, что Япония тщательно готовилась к войне с Советским Союзом. На нашу территорию в 30-е годы проникли десятки, если не сотни японских шпионов, которые под видом мирных китайцев и корейцев проживали в деревнях по всему Приморью и собирали сведения о нашей обороне, численности войск и другие сведения.
В штабе Василевский подписал обращения «К братскому китайскому народу», «Братья-корейцы», «К японской армии. К японскому народу». Листовки были переведены, отпечатаны и сброшены над территорией Маньчжурии и Северной Кореи, всего 24 миллиона экземпляров!
9 августа в 12 часов ночи передовые батальоны и разведотряды всех трех фронтов двинулись на территорию противника. В Приморье шел ливневый дождь. Это затрудняло ориентировку и действия войск, но вместе с тем способствовало скрытности. Передовые батальоны в сопровождении пограничников без открытия огня бесшумно перешли границу и в ряде мест овладели долговременными оборонительными сооружениями врага еще до того, как японские расчеты успели их занять и открыть огонь. Чтобы в темноте не перепутать своих, на одежду нашивали белый лоскут, а на вопрос: «Кто идет?» – следовало отвечать: «Петров!»
Одновременно авиация нанесла удары по военным объектам в Чанчуне и Харбине. С рассветом границу пересекли главные силы. С целью достижения внезапности артиллерийская подготовка не проводилась. Цель была достигнута, удар оказался полной неожиданностью для японцев. В некоторых местах, например, в районе Гродеково, где японцам удалось своевременно обнаружить выдвижение наших передовых батальонов и занять оборону, боевые действия затянулись. Но такие узлы сопротивления умело обходились нашими войсками. Уже к исходу первой недели войны была полностью разгромлена 5-я японская армия и нанесен большой урон 3-й армии. Попытка противника любой ценой не допустить выхода наших войск на Центрально-Маньчжурскую равнину и к Северной Корее провалилась.
Не так давно мы вместе с представителями администрации Пограничного района, школьниками, воинами-пограничниками совершили несколько экспедиций к границе с КНР с целью поиска мест захоронений наших воинов, погибших в первые дни войны с Японией. Одно из них (братская могила) находится в районе бывшего села Решетниково, там же находится памятник. Долгое время не было известно местоположение могил воинов, умерших от ран в госпитале, находившемся в непосредственной близости к границе. После их обнаружения мы привели в порядок могилы, выяснили имена погибших, поставили памятник.
Из некоторых дотов японцы продолжали вести огонь в течение семи — восьми суток. Это еще раз говорит о том, что если бы наступление началось не с внезапной атаки, а после длительной артподготовки, то противник успел бы занять оборону на всех участках, военные действия и в целом война могли затянуться, да и потери были бы более значительными.
На 1-м Дальневосточном фронте (командующий К. А. МЕРЕЦКОВ) 35-я армия генерал-лейтенанта Н. Д. ЗАХВАТАЕВА от Губерова и Лесозаводска наносила удар на Линькоу; 1-я Краснознаменная армия генерал-полковника А. П. БЕЛОБОРОДОВА от озера Ханка через Мулин и Муданьцзян (штаб 1-го фронта) наступала на Харбин, где соединялась с 15-й армией; 5-я армия генерал-полковника Н. И. КРЫЛОВА прорывалась от Гродекова на Гирин, и, прорвав оборону противника на 60-километровом фронте, к утру 10 августа полностью очистила от японцев Суйфэньхэ.
С воздуха войска фронта поддерживала 9-я воздушная армия генерал-полковника авиации И. М. СОКОЛОВА. 10-й мехкорпус генерал-лейтенанта танковых войск И.Д. ВАСИЛЬЕВА вел бои в полосе 5-й армии. Успешно действовала и основная часть сил Тихоокеанского флота, базировавшаяся во Владивостоке. Согласованные операции подвижных частей с суши и десантников с моря по овладению корейскими портами Юки, Расин, Сейсин и Гензан были быстрыми и удачными. Отличились парашютисты, высадившиеся в Харбине, Гирине и Хамхынге — в далеком вражеском тылу: царившая в японских войсках растерянность, вызванная поражением Квантунской армии на фронте, облегчила парашютистам выполнение ответственных заданий.
12 августа города Северной Кореи Юки и Расин (Наджин) были взяты. С выходом советских войск к Сейсину (Чхонджину) полностью нарушилась оборона Квантунской армии на приморском направлении.
В последующие дни советские войска, развивая наступление, стремительно наращивали его темпы. 6-я гвардейская танковая армия решала основную задачу фронта по захвату Мукдена (Шеньян); 39-я армия, восстанавливая разрушенные врагом при отходе мосты и железнодорожные пути, продвигалась на Чанчунь, 1-я Краснознаменная и 5-я армии вели ожесточенные бои за крупный узел железных и шоссейных дорог, важный административно-политический центр Муданьцзян.
Яростно обороняясь, противник неоднократно переходил в контратаки, но 16 августа город пал. В этих боях Квантунская армия потеряла более 40 тыс. солдат и офицеров. Советские войска вышли на линию 38-й параллели, установленную соглашением союзных держав. Войска 2-го Дальневосточного фронта за эти дни овладели городом Цзямусы и во взаимодействии с Краснознаменной Амурской военной флотилией наступали вдоль Сунгари на Харбин.
Советская авиация господствовала в воздухе на всем театре военных действий. Тихоокеанский флот прочно закрепил за собой побережье Северной Кореи. Квантунская армия терпела сокрушительное поражение, однако продолжала упорно сопротивляться.
Китайское и корейское население восторженно встречало советские войска. Части Народно-освободительной армии Китая и корейские партизаны стремились всячески нам содействовать.
17 августа, окончательно потеряв управление разрозненными войсками и сознавая бессмысленность дальнейшего сопротивления, главнокомандующий Квантунской армией генерал Отодзо ЯМАДА отдал приказ немедленно прекратить военные действия и сдать оружие советским войскам, в расположение войск 1-го Дальневосточного фронта с японского самолета были сброшены два вымпела с обращением штаба 1-го фронта Квантунской армии о прекращении военных действий. Однако на большинстве участков японские войска продолжали не только оказывать сопротивление, но местами переходили в контратаки, так как многие воинские части и гарнизоны из-за потери связи либо не получили приказа ЯМАДЫ, либо отказались выполнять его.
С 19 августа японские войска почти повсеместно начали капитулировать. В плену оказалось 148 японских генералов, 594 тыс. офицеров и солдат. К концу августа было полностью закончено разоружение Квантунской армии и других сил противника, располагавшихся в Маньчжурии и Северной Корее. Успешно завершались операции по освобождению Южного Сахалина и Курильских островов.
В результате Маньчжурской стратегической операции была полностью разгромлена миллионная Квантунская армия. Ее потери убитыми составили 84 тыс. человек, свыше 15 тысяч умерли от ран и болезней, взято в плен около 600 тыс. Были наголову разбиты ударные силы врага. Японские милитаристы лишились плацдармов для агрессии и основных своих баз снабжения сырьем и оружием в Китае, Корее и на Южном Сахалине. Крах Квантунской армии ускорил капитуляцию Японии в целом. Окончание войны на Дальнем Востоке предотвратило дальнейшее истребление и ограбление японскими оккупантами народов Восточной и Юго-Восточной Азии, ускорило капитуляцию Японии, что спасло от гибели сотни тысяч американских и английских солдат, избавило миллионы японских граждан от неисчислимых жертв и страданий.
За боевые отличия 220 соединений и частей получили почетные наименования «Хинганские», «Амурские», «Уссурийские», «Харбинские», «Мукденские», «Порт-Артурские» и др. 301 соединение и часть награждены орденами, 92 воина удостоены звания Героя Советского Союза.
Безвозвратные потери наших войск составили 12 тыс. человек. И китайцы помнят об этом. Несмотря на то что день окончания войны и Победы официально стал в Китае праздником только в 2014 году, торжественные мероприятия, возложение цветов к могилам и памятникам советским воинам были традицией.
Наверное, многим интересно увидеть эти места. Мне удалось побывать в 17 городах Китая, в которых я видел памятники нашим солдатам, а всего в 45 китайских городах есть более 50 памятников советским военным. Более того — китайцы не только реставрируют старые памятники, но и открывают новые. Больше всего памятников в провинции Хэйлунцзян. Это понятно, поскольку в августе 1945 года именно здесь шли самые серьезные бои. Те, кто был в Люйшуне (Порт-Артур), надолго останутся под впечатлением от мемориального комплекса, посвященного трем поколениям наших воинов, погибших на территории Китая.
Хотелось бы, чтобы Польша и другие страны Европы, в которых сейчас уничтожают память о наших солдатах-освободителях, разрушают памятники, учились у китайцев, которые даже в годы противостояния СССР и Китая, в 1960-х годах, памятники нашим солдатам не трогали. Память священна. Когда забывают историю – начинают повторять ее ошибки, и ни к чему хорошему это обычно не приводит.
Именно с этой целью – сохранить память о войне и других значимых событиях в истории страны и Приморья – мы и построили исторический парк «Пограничная площадь», который посетили уже тысячи находкинцев и гостей города. Здесь можно побывать в настоящей землянке, посидеть в доте у пулемета, сфотографироваться у настоящей пушки времен войны. Милости просим.


Игорь ПОТАПКОВ,
историк, краевед, преподаватель ДДЮТЭ

Запись опубликована в рубрике Страницы истории. Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий